Экс-чемпион UFC в двух весах Кормье рассказал, как боролся с отцом Нурмагомедова

Экс-чемпион UFC в двух весовых категориях Даниэль Кормье рассказал о знакомстве с Абдулманапом Нурмагомедовым, отцом и тренером чемпиона UFC в легком весе Хабиба Нурмагомедова. В эфире совместного шоу с журналистом Ариэлем Хельвани он также рассказал о том, как много для Хабиба значил отец.

Кормье: Я встретился с отцом Хабиба на турнире UFC 187. Он там был для боя Ислама [Махачева], кажется. В зале TUF я сгонял вес. Его отец схватил меня и начал бороться. Я удивился тому, как он силен! Я начал говорить с Хабибом, пока боролся: «Хабиб, твой отец силен». А он ответил: «DC, будь осторожен, он попытается тебя размазать». Внезапно мы оказываемся на полу. Мы боролись на 60% сил, но мне было сложнее, чем я предполагал. Он хотел заставить меня попотеть, подвигаться. Он хотел и себя испытать в борьбе со мной. Он был сильным. Он с любым мог бороться, с любым тренироваться, мог любому помочь. Он вкладывал много сил в Хабиба, вырастил выдающегося чемпиона и создал крепкую семью. Хабиб и остальные парни почитали его. Не только Хабиб. Из его зала вышли Зуба [Зубайра] Тухугов, Ислам Махачев, Умар Нурмагомедов, Тагир [Уланбеков]. Многие бойцы пришли из того региона, и все они тренировались с Абдулманапом. Он требовал дисциплину и относился со строгостью к ученикам, но только потому, что понимал, что требуется для того, чтобы стать чемпионом.

Я мало времени провел с ним, но это общение мне запомнилось надолго. И не только мне, а и тем, кто был рядом со мной. Тот парень с видео [в моем инстаграме], где он с ним боролся. Его зовут Мосес Мирабел, он тогда был в начальный классах, а теперь почти выпускник. Он следовал за мной всюду: на бои, на тренировках, на сгонке веса. Он хотел стать тренером. Абдулманап поборолся с ним, потому что я сказал, что он тоже борец. Они поборолись, и Мосес этого не забыл. Сейчас ему 14, а тогда было около 8 лет.

Хельвани: Я вспоминаю слова [тренера Хабиба в зале АКА] Хавьера Мендеса во многих интервью. Хабиб был воспитанником своего отца, но как только тот прибыл в АКА, Абдулманап никогда не говорил ему [Мендесу], что нужно делать. Он уважительно относился к тому, что именно он главный в АКА. Мой сын в твоих руках. Он сделал из Хабиба бойца, но как только Хабиб приехал в АКА, он отошел в сторону. Для меня это о многом говорит. Ведь он не обязан был так поступать, Хавьер бы прислушался к нему.

Кормье: Да, и еще тот факт, что Хабиб тут тренировался, хотя у него было все необходимое в Дагестане. Особенно сейчас, в статусе чемпиона. Ислам [Махачев] заставляет его работать. Но они приезжают сюда в АКА из преданности к залу. Думаю, что Дерон Винн лучше всего выразил словами отношения Хабиба с отцом. Когда Хабиб выпрыгнул из клетки, пнул Диллона Дэниса, после всего произошедшего он вернулся в раздевалку и произнес «Отец меня уничтожит». Да кто такое говорит в 30 лет? Это говорит об уровне уважения к нему. И они живут вместе, в Дагестане принято жить семьей.

Печально, что его не стало. Я разговаривал с чемпионом в среду, ему было тяжело. Конечно, тренировки сбавляют боль, но в таких условиях драться было бы очень тяжело. А теперь я не знаю, что будет. Ушла значимая часть того, кем он сам является. Я не знаю, на что у него хватит сил после смерти отца.

Хельвани: Ты разговаривал с ним с тех пор?

Кормье: Не говорил, писал сообщение. Написал, что молюсь за него и понимаю, что он чувствует. Он потерял своего героя. Если ему понадобится моя помощь, то я всегда в его распоряжении.